Кто такой Чумичев?

Номер: 

Рубрика: 

Эпоха в лицах

О знаменитом земляке мы знаем совсем мало
На его средства строили церкви в Белгороде и отливали колокола для соборов губернии, он учредил городской общественный банк и богадельню. В очередную эпоху перемен его именем назвали улицу, изменив написание фамилии под современную орфографию. А в этом году даже отмечается юбилейная дата со дня рождения. Мы знаем о нем много и ничего. Так кто же он, Николай Иванович Чумичев?
Дата рождения
Начнем наш рассказ с года рождения нашего героя, тем более, что это не просто формальная дата, а поучительнейшая краеведческая история. Дело было так. В первых числах нового 1869 года уездный Белгород, а затем и губернию облетела новость — умер белгородский купец первой гильдии Николай Иванович Чумичев. Вскоре редакция «Курских губернских ведомостей» получила заметку от своего корреспондента — белгородского учителя М.Герасимова. И вот, то ли по незнанию, то ли для «красного словца», в своей заметке тот написал, что «почти столетняя жизнь его, как человека и гражданина, не бесплодно протекала». Эта информация попала на глаза современных краеведов и тиражируется уже несколько лет во многих публикациях. На самом же деле, как подтверждают архивные документы, Н.Чумичев родился в 1780 году, и официально объявленную в этом году дату — 245 лет со дня рождения — необходимо уменьшить на десять лет.
Первый капитал
Николай родился в семье купца Ивана Яковлевича Чумичева и был его старшим сыном. Но как же удалось сыну купца 3-й гильдии стать самым богатым человеком города в середине XIX века? Отец Чумичева торговал традиционно для Белгорода медом, воском, вощиной, разным прочим товаром. К 1803 году он был причислен ко 2-й купеческой гильдии, и уже три года как занимал пост бургомистра в городском магистрате. Дела купеческой семьи продолжали его сыновья Николай, Василий, Иван и, видимо, они шли неплохо. В 1817 году на средства Николая Чумичева была построена одна из самых красивых церквей города — Успенско-Михайловская, а сам он был обладателем одного из лучших домов Белгорода. Но, как нам видится, «золотым» для купца стал 1821 год. Именно в этом году Н.Чумичевым был приобретен у купца Петра Тамбовцева участок земли, прилегавший к реке Се-верский Донец, напротив современного железнодорожного вокзала. На этом участке у Тамбовцева располагалась одна из первых белгородских шерстомоек.
Став ее обладателем в самом начале «шерстомоечного бума», который вскоре охватил Белгород, Николай Чумичев, пожалуй, первым оценил выгодность этого начинания. Подробности этого экономического явления «Наш Белгород» рассказывал в июльских выпусках в статье «Золотое руно».
Семья
Была ли сделка Чумичева и Тамбовцева чисто купеческой, или в ней присутствовали семейные договоренности, по прошествии двух веков, вероятно, мы не узнаем никогда. Дело в том, что жена Петра Тамбовцева — Мария, в девичестве Чумичева, по одной из версий приходилась родной сестрой Н.Чумичеву. Купеческое сословие было традиционно закрыто от других, и в небольшом уездном городе все купеческие семьи так или иначе были связаны родственными узами. А вот такую любопытную заметку по этому поводу удалось обнаружить в литературно-научном приложении к «Харьковскому календарю», вышедшем из печати в 1887 году. Этот фрагмент публикации не только иллюстрирует своеобразие сословных традиций Российской империи, но и раскрывает неизвестную страницу семьи Н.Чумичева, и мы приведем его полностью: «Как упорно держалось купечество того времени принятого обычая не выдавать своих дочерей иначе, как за купца же или излюбленного приказчика, приведем пример из того же Белгорода: к одной из дочерей известного богача, миллионера, Николая Ивановича Чумичева, присватывается поручик Тверского драгунского полка, стоявшего в Белгороде, Оп....ъ. Дочь Н.И. была к нему не равнодушна. Поручик делает формальное предложение, письменно обращаясь к Н.И., прося руки его дочери. На это последовал ответ всем известного в губернии богача, потомственного почетного гражданина, в доме которого останавливались губернатор и даже Высочайшие Особы, человека не без образования, следующий, лаконический: „Ваше благородие! Благодарим за честь, но дочь моя Вам не чета. Знай сапог сапога, а лапоть лаптя. Ваш покорный слуга, Н.Чумичев“. Невзирая на крутой свой нрав, все-таки пришлось выдать дочь за дворянина, но на это повлияла причина: отец этого нового жениха помог когда-то Н.Ив. в Петербурге делом и деньгами, когда тот начинал еще свою торговую деятельность, развитием которой он считал себя обязанным отцу искателя руки его дочери. Последняя, сама богатая вдовушка Р....аго купца Б..... ва, который с отчаянья за понесенные им убытки в 250 тысяч на шерсти (когда капиталу оставалось еще более чем вдвое) бросился в Москву-реку и в волнах ея нашел себе могилу». Правда это была или просто красивая легенда, еще придется доказать документально. А особую роль в семейных делах купца сыграют две других его дочери — Александра и Мария, олицетворяющие добро и зло в его судьбе.
Империя Чумичева
Старшая дочь Александра в юном возрасте была выдана замуж за представителя одной из зажиточных купеческих семей Николая Слатина. В 1837 году на ее имя отец перепишет расположенные у реки Северский Донец салотопленый и водочный заводы. Будет числиться за дочерью и шерстомойка, которая к середине XIX века вымывала до 14 тысяч пудов тонкой и 6 тысяч обыкновенной шерсти. Еще две белгородских шерстомойки располагались в пригородном селе Михайловском и принадлежали семье внучки Н. Чумичева — Елизаветы Федоровны, и были записаны на имя ее мужа — тульского купца Николая Добрынина. Сам же Н.Чумичев учредил еще один шерстомоечный завод на месте современного консервного комбината, известный любителям истории города как «шерстомойка Соловьевых». Располагавшаяся на этом месте шерстопрядильная фабрика, выпускавшая качественную испанскую шерсть, прославилась как фабрика надворного советника Дурасова на выставке русской мануфактурной промышленности в Санкт-Петербурге в 1861 году. В каких отношениях состояли Дурасов и Чумичев, выяснить не удалось. Но, думается, что Н.Чумичев имел непосредственное отношение к этому производству, тем более что в 1866 году это шерстомоечное заведение было вновь записано за его именем.
К концу жизни послужной список Николая Ивановича состоял из пребывания в течение трех лет в качестве городского главы, почетного гражданства, полученного в 1834 году и статуса купца первой гильдии. Купеческие дела Чу-мичевых процветали, чего нельзя сказать о семейных. Рано ушел из жизни старший сын Федор, через несколько лет после свадьбы овдовела дочь Александра. Потрясением для главы купеческой семьи стала смерть его жены Анны, в честь которой Н.Чумичев в 1840-х годах воздвигнет церковь во имя Зачатия Святой Анны в стенах белгородского женского монастыря. Но еще больший удар в конце жизни он получит от своей дочери Марии.
Александр ЛИМАРОВ
Автор благодарит Юлию Патлань (г. Киев) за помощь в подготовке материала.
(Продолжение следует)

Рейтинг статьи: 

Average: 10 (1 vote)