Кто такой Чумичёв?

Номер: 

Рубрика: 

О знаменитом земляке мы знаем совсем мало
(Окончание. Начало в № 46 от 27 ноября)
Начиналась эта история торжественно в 1837 году, когда в Успенско-Михайловской церкви города венчалась шестнадцатилетняя девица Мария Чумичева с калужским купцом 2-й гильдии Николаем Подкованцевым. Видимо, предпринимательская хватка зятя была по нраву Чумичеву, и вскоре тесть ставит его управляющим своего дела.

Суды и иски
Но в 1858 году Н. Подкованцев умирает и, вероятно, после его смерти у Марии Подкованцевой начинаются первые конфликты с семьей. В 1862 году восьмидесятидвухлетний Н. Чумичев делает духовное завещание, где в присутствии свидетелей нотариально заявляет, что не имеет никаких долгов и обязательств, а половину своего капитала завещает своему правнуку Федору Добрынину. Его же Чумичев назначает распорядителем второй части наследства при делении его между четырьмя дочерьми. А через два года Н. Чумичев сделает дополнительное распоряжение, в котором будет завещать дочери Марии дом в Горяинском переулке г. Харькова, но только с тем условием, что та откажется от всех судебных исков к членам его семьи и впредь не будет предъявлять новые.
Но это не остановит Марию Подкованцеву, и в 1868 году она подаcт новый судебный иск на своего отца, с суммой претензии в два раза превышающей весь капитал Чумичева! В бумагах своего покойного мужа она обнаружила чистый фирменный типографский бланк Чумичева с его подлинной подписью. Его-то она и привела в доказательства иска, но с вписанным на печатной машинке текстом следующего содержания: «Белгород 1858 г. ноября 9 дня. По предъявлении сему моему переводному письму имею я заплатить почетному гражданину господину Николаю Дмитриевичу Подкованцеву российским серебром шестьсот тыс. руб., которые я от него наличными деньгами получил сполна. Белгородский купец 2-й гильдии Николай Иванов сын Чумичев».
Такого удара Чумичев уже не пережил, и ровно через три месяца, 9 января 1869 года, на восемьдесят девятом году жизни он скончался. А семейные разбирательства в судах на этом не окончились. На Марию Подкованцеву было заведено уголовное дело по обвинению в подделке долгового документа, но суд присяжных не только оправдал ее, но и признал переводное письмо, подписанное Н. Чумичевым, подлинным. Оспорила М. Подкованцева и условное завещание своего отца на дом в Харькове. А вскоре судебным приставом по решению Курского окружного суда было дано объявление в «Курских губернских ведомостях» о продаже имущества Ф. Добрынина.
Но судебные тяжбы наследников Чумичева на этом не закончились. Поданную в Харьковскую судебную палату апелляцию они проиграли. И, только подав жалобу в правительствующий Сенат, Федор Добрынин добился отмены в 1876 году предыдущих судебных решений. Но, видимо, многолетние судебные разбирательства подорвали и его здоровье, и он повторил судьбу прадеда — в 1877 году его не стало. Как сложилась в дальнейшем судьба его оппонента — Марии Подкованцевой, неизвестно. Окончила она свою жизнь в возрасте семидесяти пяти лет 13 февраля 1887 года во Франции, похоронена на одном из кладбищ Ниццы.
Наследство
Чо же стало с наследством Чумичева? Заводы на Северском Донце, принадлежавшие старшей дочери, купчихе 2-й гильдии Александре Гуслевой (по фамилии второго мужа), были переписаны в 1867 году на фирму ее сыновей «Братья Николай и Павел Слатины». Это шерстомоечное заведение затем купит московский купец Бакланов, и вскоре его капитал сольется с «Купавинской суконной фабрикой».
Прекратится мойка шерсти только в начале ХХ века, когда фабрика лишится части территории при расширении железнодорожной станции Белгород. Дом Александры Гуслевой будет продан в конце ХІХ века Боткиным, и это здание вместе с производственными зданиями на месте современного ОАО «Конпрок» — единственное, что осталось сегодня от могущественной империи Н. Чумичева. Хозяевами шерстомойки на реке Везелка станет московская купеческая семья Соловьевых, и мытье шерсти будет идти вплоть до 1917 года. Делами правнука Ф. Добрынина займется его вдова Анна Николаевна Добрынина (по второму мужу Масловская). Две ее шерстомойки в селе Михайловском (Пески) перейдут к московским купцам братьям Носовым, и также в начале ХХ века прекратят производство, но уже по экологическим причинам.
Участок земли с ветхими строениями, принадлежавший ранее родному брату Чумичева Ивану, будет продан Ф. Добрыниным земской управе, которая построит здесь двухэтажное здание, сохранившееся до настоящего времени (ул. Чумичова, 31). Устное завещание о том, чтобы в учрежденном Чумичевым общественном банке пожизненно директором был его внук Николай Николаевич Слатин, также не исполнилось. Через несколько лет Н. Слатин оставил этот пост, а против его племянника, ставшего директором банка, позже было возбуждено даже уголовное дело.
Дом Чумичёва
Где же располагался и как выглядел дом самого богатого человека города, ведь наверняка это должно было быть не рядовое здание? Единственное упоминание о доме Чумичева мы находим в вышедшем в 1882 году издании Александра Дренякина «Белгород с уездом». В описании домов, где останавливались в Белгороде царствующие особы, он упоминает «дом Н. И. Чумичева, а ныне наследников Добрынина, на Старо-Московской улице, против Гостиного двора». А фотографии дома Н. Чумичева не только существуют, но и широко известны!
Причиной того, что в белгородском краеведении не акцентировался вопрос на изображении этого дома, стала почтовая открытка, выпущенная издателем А. Сувориным в начале ХХ века, на которой была сделана подпись: «Белгород. Реальное училище». И формально в этом нет ошибки. Действительно жителем Белгорода В. Рором было открыто реальное училище, которое несколько лет арендовало помещение в доме Чумичева. Сам же дом в 1900 году был приобретен в собственность города за 25 тысяч рублей у А. Масловской и других наследников Ф. Добрынина. Простите за тавтологию, но для покупки дома Чумичева городские власти взяли кредит в банке Чумичева под залог трех каменных корпусов на базарной площади. Дом был разрушен во время Великой Отечественной войны. На немецкой аэрофотосъемке, произведенной осенью 1943 года, просматриваются остатки стен без крыши. Видимо, повреждения были столь значительны, что после войны его восстановление было нецелесообразно.
Вот такая невеселая купеческая история получилась о человеке, чьей фамилией названа одна из центральных улиц Белгорода, и его наследстве. Но для того, чтобы поднять настроение читателю, расскажем еще один факт из истории дома Чумичева. Этот один из лучших домов города, где останавливались цари, был освобожден от квартирной повинности и предназначался только для особых случаев. Но на короткое время с 1832 года в доме была размещена «полковая трубаческая и барабанная школа» Тверского драгунского полка. Видел дом купцов, дворян, царей и военных музыкантов, и сколько бы он мог нам рассказать!
Александр Лимаров
Автор благодарит Юлию Патлань (г. Киев), за помощь в подготовке материала.

Рейтинг статьи: 

Голосов пока нет